«Вызываю НЛО». Генерал-майор КГБ о тайнах и секретах.

Генерал-майор КГБ Василий Еременко более четверти века проработал в Центральном аппарате КГБ.

Курировал Военно-воздушные силы и разработку новой авиационной и ракетной техники в СССР, а затем и в Российской Федерации.

О том, что тогда происходило в небе над нашей страной, мало кто знал больше, чем он. Он владел всеми летными тайнами и секретами, о которых мы и решили его расспросить.

– За годы вашей службы про­изошло много авиакатастроф, какая из них запомнилась больше всего?

– Из Комсомольска-на-Амуре летел Ан-24 в Благовещенск. А под Иркутском есть военный аэродром «Белая», где стояла наша дальняя авиация. Вылет Ан-24 в Комсомольске-на-Амуре задержали, но информацию об этом на «Белую» вовремя не передали. Здесь посчитали, что он уже пролетел, и начались полеты военных самолетов. И один из них на высоте 5400 метров столкнулся с пассажирским лайнером.

У Ан-24 оторвались кабина, хвост, крылья, остался один фюзеляж, который начал планировать и поэтому падал относительно медленнее, чем обычно. Всех, кто в салоне был не пристегнут, тут же выдуло. В тех местах – болота и вековые ели. И фюзеляж обрушился на густые заросли, которые сильно замедлили его скорость падения. И одна женщина осталась жива. Это было настоящее чудо.

Самолет нашли достаточно быстро, но там негде было сесть даже на вертолете – кругом сплошной лес. Высадили группу спасателей. Они пробирались через тайгу и выкорчевывали деревья, расчищая площадку для вертолета. На это ушло три дня. В это время пилоты, которые летали над местом происшествия, докладывали, что там ходят какие-то люди и роются в чемоданах. Все были возмущены этим мародерством. Решили, что это геологи – их тогда было много в тех местах. А оказалось, это – та бедная женщина. Стоял август, но было холодно, шел дождь. Она искала теплые вещи, еду и одеколон, который пила, чтобы согреться. Ей просто надо было выжить. И она выжила.

– Чем закончилось расследование этого происшествия?

– Комиссия долго заседала. Гражданские обвиняли военную авиацию, военные – гражданскую. Потом приняли какие-то компромиссные решения, типа улучшить документацию и так далее. На этом все и закончилось.

– Наш первый сверхзвуковой самолет, Ту-144С, во время показательного полета в Ле Бурже вдруг ушел в пике и через несколько секунд рассыпался в воздухе. Материалы расследования засекретили, а официальная версия была столь неубедительна, что породила множество гипотез об истинных причинах этой авиакатастрофы…

– Причин катастрофы было несколько, но их можно все объединить двумя словами – техническая неисправность.

– Одна из версий утверждает, что советской разведке удалось достать часть чертежей «Конкорда». Британская контрразведка установила утечку, но не арестовала шпиона, а начала через него отправлять в Москву техническую дезинформацию. В итоге появился Ту-144, который был очень похож на «Конкорд». А не замеченная нашими ошибка в чертежах и стала причиной катастрофы. Для таких предположений есть основания?

– Мы, конечно, конкурировали с этим «Конкордом», но в целом у Андрея Николаевича Туполева уже была отличная и накатанная школа строительства сверхзвуковых самолетов, я имею в виду военных. Они сделали революцию в военном деле, поэтому необходимости что-либо у кого-то «сдирать» не было. Уже прошло то время.

Я знаю, что Ту-144 был абсолютно «сырой». Этот самолет, в принципе, был бесперспективен для нас. У него было всего 121 посадочное место, и он был экономически невыгоден, так как требовал слишком много горючего. Кроме того, для него нужна была специальная инфраструктура, то есть на каждом аэродроме пришлось бы строить массу дополнительных сооружений. Это – первый самостоятельный самолет сына Туполева, и, по идее, он должен был после отца открыть новую эру сверхзвуковых пассажирских самолетов…

– Говорят, подавляющее большинство авиакатастроф происходит из-за человеческого фактора. Это на самом деле так?

– Человеческий фактор, действительно, очень часто бывает главной причиной. Вот не глядя несколько примеров. В Кривом Роге самолет взлетает. Оторвался от земли. Поступает команда убрать шасси. Бортмеханик убирает краны шасси и вместе с ними цепляет и другие, которые находятся рядом. А это пожарные краны, перекрывающие доступ топлива к двигателям. Все четыре двигателя на взлете «убрал». Самолет рухнул. Хорошо, что за штурвалом сидел опытный пилот. Видит – перед ним водохранилище. Он так круто разворачивает самолет, что тот при падении ломается буквой «г». Крылья обваливаются, винты – в землю. Все переломанные, но всё же остались живы. Или Як-40. У него педали – это руль поворота и одновременно, если носочки вперед нажать, это тормоз. Поэтому там ноги надо держать нейтрально, не нажимать вперед. А летчик взлетает, упирается ногами в педали и непроизвольно давит носками. И не понимает, что происходит. Он газует, а самолет не едет. Все это человеческий фактор. И такое сплошь и рядом. Особенно сейчас, когда пилотов как следует не готовят.

Как мой друг спас девушку в автобусе!

Самая смешная военная форма в мире